Сорок дней, озаренных близостью Воскресшего, подходили к концу. Радость бесед с Господом, казавшаяся бесконечной, готовилась перетечь в новую реальность. В последний день видимого пребывания на земле Христос собрал учеников, напомнил им о грядущем даре — Духе Истины (Ин. 14:16–17) — и повёл их за пределы Иерусалима, к склонам Елеонской горы.

По дороге Он говорил о Церкви, которую предстояло воздвигнуть, о миссии, что ляжет на их плечи. На вершине, в свете предвечернего солнца, Спаситель произнёс обетование: «Вы примете силу, когда сойдёт на вас Дух Святый; и будете Мне свидетелями…» (Деян. 1:8). Подняв руки для благословения (Лк. 24:50), Он вдруг стал отдаляться — плавно, неотвратимо, восходя к небесам. Облако, словно завеса святилища, окутало Его, и взгляд апостолов потерял из виду Тот, Кто был их Учителем, Другом, Спасителем.

Но это не было расставанием. Вознесение стало торжественным вознесением человеческой природы к престолу Отца, мостом, перекинутым от земли к небу. Христос, вознёсшись, не удалился — Он приблизился к каждому, кто верит: в таинстве Евхаристии, в дыхании Духа, в тишине молитвы. Первенец из мёртвых, Он проложил путь, по которому теперь может последовать всякий, жаждущий вечной жизни.

Вознеслся еси во славе, Христе Боже наш, радость сотворивый учеником обетованием Святаго Духа, извещенным им бывшим благословением, яко Ты еси Сын Божий, Избавитель мира (Тропарь, гл. 4).